Дворкин А.Л. - Сектоведение - Глава 2. Тоталитарные секты: общие понятия. Часть 1. 

Сектоведение

Глава 2.
Тоталитарные секты: общие понятия.
Часть 1.



1. Постановка проблемы и определение терминов

Слишком часто деятельность деструктивных культов остается незамеченной
до тех пор, когда помогать становится уже поздно.

Стивен Хассан [1]

 

Мы все несем ответственность за тот разгул сектантства, который царит сегодня в России: слишком часто мы остаемся пассивными и никак публично не выражаем наше отношение к происходящему. Надеюсь, что знания, которые приобретет читатель, помогут ему противостоять наступлению сектантства. Даже когда мы проходим по улице и видим, как сектанты “обрабатывают” какого-то человека, наш долг — подойти и по меньшей мере этого человека предупредить о том, что он говорите сектантом. Да и сам сектант тоже нуждается в помощи, потому что он тоже жертва, его сознание контролируется сектой. Об этом никогда не следует забывать.

Для того чтобы быть в состоянии помочь жертвам сектантства и их близким, необходимо иметь хотя бы базовую информацию как о самом феномене сектантства, так и об учении и практике конкретных сект. Иной раз приходится слышать, что, дескать, новые секты не принесли никаких новых идей по сравнению с известными и осужденными Церковью учениями, а их религиозная практика и методы пропаганды повторяют формы, уже известные по прошлым векам. Поэтому вместо того, чтобы изучать новые, современные нам секты, достаточно ознакомиться со святоотеческой аргументацией против древних сект, ересей и лжеучений.

В таком (увы, довольно широко распространенном) взгляде верно лишь то, что доктрины многих новоявленных тоталитарных сект включают в себя элементы еретических, оккультных и языческих вероучений, которые Церковь знала с самого начала своего существования. Этот факт очевиден. Но главные черты этих сект вполне новы. Новое — это структура, организация, методы пропаганды и вербовки, а также способы контролирования сектами сознания своих адептов. Новы невиданные ранее синкретизм и эклектизм их доктрин, вызванные глобализацией распространения религиозных идей и их опошлением и профанацией в современной высокотехнологичной постмодернистской цивилизации. Новы приспособленность тоталитарных сект к массовой популярной культуре, агрессивное их распространение через профессионально отточенные методы маркетинга и рекламы, а также мастерское использование ими слабостей демократических систем современных государств. И, наконец, новым является тоталитаризм современных сект, их сращенность с международным бизнесом, СМИ, а зачастую с организованной преступностью, терроризмом и даже со спецслужбами.

Всем этим аспектам современный курс сектоведения должен уделять особое внимание. И значительная сложность заключается в том, что по этому поводу мы почти ничего не можем найти у Святых Отцов, так как с этими проблемами им практически не приходилось сталкиваться.

В семинарских курсах сектоведения совсем еще недавно говорилось главным образом о протестантских и постпротестантских сектах, а заканчивались эти курсы разговором о мормонах и иеговистах (которые не являются не только протестантами, но и вообще христианами); таким образом, все современные секты оставались для семинаристов практически неведомыми. Предлагаемое же нами изложение как раз начинается с мормонов и “Свидетелей Иеговы”.

В Москве есть известный священник, много рассказывающий о том, как он занимается реабилитацией сектантов. Как публично, так и в частных разговорах он много раз заявлял, что между такими понятиями, как “инославный”, “еретик” или “сектант”, никакой разницы нет: католик, протестант, буддист, сайентолог, мунит, кришнаит — все они в равной степени вне Православной Церкви и все пребывают в глубоком заблуждении, и все вместе будут гореть в том же самом адском пламени. Однако между всеми этими группами разница есть, и большая, более того — принципиальная. Как бы глубоко ни заблуждались, скажем, протестанты, они по происхождению христиане. Конечно, они суть ветви, отпавшие от единого древа Вселенской Православной Церкви, но даже отпавшие ветви сохраняют подобие древа. И доколе сохраняется подобие, сохраняется и возможность вновь приживиться к этому древу. Свидетельство тому —частые переходы в Православие западных христианских общин, как протестантских, так и римо-католических, которые воспринимают этот переход как возвращение домой, к собственным корням, к истокам. Невозможно себе представить, как что-либо подобное происходит, скажем, с мунитской общиной.

Кроме того, наша Церковь поддерживает официальный диалог с традиционными протестантскими деноминациями и с римо-католиками. Мы можем предпринимать с ними совместные действия (разумеется, не в богослужебном смысле), иметь какие-то общие программы, как-то сотрудничать — хотя бы по линии гуманитарной помощи обездоленным, да и по линии противостояния различным сектам.

Противостояние это проходит не на церковной почве, потому что сознательные христиане никогда ни в какую тоталитарную секту не попадут, а попадут туда люди, которые либо не имеют к Церкви никакого отношения, либо имеют отношение сугубо номинальное — крещены, но ничего о Церкви не знают. Поэтому в разговоре с такими людьми сугубо церковные, богословские аргументы не сработают. Именно здесь сотрудничество с инославными деноминациями бывает очень полезным, как и для разговора с журналистами или с представителями власти. Они часто прибегают к доводу: вы, православные, боретесь против иеговистов (к примеру), потому что они — ваши конкуренты, они отбивают у вас паству. И тут очень важно показать, что не только православные, но и представители других традиционных (если хотите, культурообразующих) конфессий также выступают против деструктивных сект. Думаю, что здесь можно сотрудничать и с какими-то здравомыслящими атеистами (как, впрочем, зачастую и бывает, когда имеешь дело с государственными чиновниками).

Нужно помнить, что мы не можем (и не должны) всегда по всем вопросам противостоять всему миру. В этом мире у Церкви есть друзья и союзники, пусть даже и неявные (как Никодим, тайно приходивший ко Христу), и отталкивать их и отвергать их помощь — и неразумно, и грешно. И еще будем всегда помнить, что “инославные”, “еретики” и “сектанты” — это не синонимы, этими словами обозначаются разные понятия.

Инославными называют христианские, как правило, культурообразующие церкви или конфессии, которые при всех своих отклонениях от Истины Православия все же имеют веру в Святую Троицу, в Иисуса Христа, Сына Божия, и сохраняют хоть какую-то генеалогическую преемственность с ранней, неразделенной Церковью. В самом расширительном смысле, помимо римо-католиков и протестантов, инославными можно назвать и членов внелитургических постпротестантских традиционных деноминаций и сект, таких как методисты, баптисты и консервативные евангелики [2].

Слово еретик (от греческого hairesis — захват; выбор; учение, направление, школа) означает человека, делающего произвольный выбор под руководством собственных идей и желаний. Термин этот по происхождению христианский, и, следовательно, для того чтобы стать еретиком в святоотеческом смысле этого слова, человек изначально должен был пребывать в истине. То же самое относится и к еретическому учению или придерживающейся его организации: скажем, если прп. Иоанн Дамаскин мог назвать ересью ислам, так как (небезосновательно) считал, что он произошел от искаженного христианского учения, то зародившийся безотносительно к христианству буддизм ересью мы назвать никак не можем.

И, наконец, слово секта, обозначающее организацию, в отличие от слова ересь, как правило, обозначающего учение, имеет две возможные этимологии. Либо оно происходит от латинского secare — “отсекать” (часть от целого), либо от латинского же sequi — “следовать” (за лидером, задающим самопроизвольное направление). Каждая из этих этимологии по-своему раскрывает смысл понятия сектантства, но, как мне кажется, если первая из них более подходит к сектам историческим (таким, скажем, как менониты, баптисты, молокане), то вторая — к сектам новоявленным тоталитарным, о которых пойдет речь в этой книге. [3]

Согласно первой этимологии, некоторые плохо понимающие предмет религиоведы определяют секту как относительно небольшую религиозную группу, существующую независимо от основной конфессии (или основных конфессий) страны. Если руководствоваться таким определением, то, скажем, Православие во Франции вполне под него подпадет. С другой стороны, в словаре Ожегова [4] приводится такое определение: “Религиозное объединение, отделившееся от какого-либо учения и ему противостоящее”. Это определение для нас слишком расплывчатое. Согласно ему, ни одну из разбираемых в этой книге групп мы не можем назвать сектой (во всяком случае в России), потому что ни одна из них не отделялась от Православной Церкви.

Точнее всего дать следующее определение: секта — это закрытая религиозная группа, противопоставляющая себя основной культурообразующей религиозной общине (или основным общинам) страны или региона.

К классическим (за неимением лучшего термина) сектам обычно относят менонитов, квакеров, адвентистов, пятидесятников, духоборов, хлыстов и другие маргинальные (по отношению к христианству) группы. Типичные синкретические секты — Бахай, “Христианская наука” [5] и разнообразные эклектические культы, во множестве сформировавшиеся в XIX-XX вв. в Японии, Юго-Восточной Азии и Латинской Америке (Тенрикё, Као Дай, Умбанда, Буду и др).

Когда в 1993 г. автор впервые использовал термин тоталитарная секта, то не думал, что вводит новое понятие, — настолько само собой разумеющимся он казался. По всей видимости, термин этот показался столь же очевидным всему нашему обществу: похоже, что он был у всех на кончике языка, и лишь случайно кто-то употребил его первым. С тех пор он прочно вошел в наш язык и употребляется буквально всеми. Тоталитарными сектами стали называться особые авторитарные организации, лидеры которых, стремясь к власти над своими последователями и к их эксплуатации, скрывают свои намерения под религиозными, политико-религиозными, психотерапевтическими, оздоровительными, образовательными, научно-познавательными, культурологическими и иными масками.

Тоталитарные секты прибегают к обману, умолчаниям и навязчивой пропаганде для привлечения новых членов, используют цензуру информации, поступающей к их членам, прибегают и к другим неэтичным способам контроля над личностью, к психологическому давлению, запугиванию и прочим формам удержания членов в организации. Таким образом, тоталитарные секты нарушают право человека на свободный информированный выбор мировоззрения и образа жизни.

Конечно, иной раз сложно провести границу между двумя типами сект — “историческим” и “тоталитарным”. Секты могут изменяться и, будучи весьма жесткими организациями при своем основании, затем “остепениться” и войти в общественную жизнь (вспомним воинственное анабаптистское движение, которое легло в основание современного баптизма) [6]. Значительно изменились и мормоны, еще больше “Всемирная церковь Бога”. Тех же мормонов, с которых начинается наш рассказ о тоталитарных сектах, при всех их тоталитарных тенденциях и других тревожащих признаках, все же нельзя назвать тоталитарной сектой в полном смысле этого слова: ведь у них хоть и в малой степени, но все же допускается разномыслие. Некоторые секты, правда, по всей видимости, неспособны меняться. Например, тоталитарность “Свидетелей Иеговы” с течением времени, похоже, лишь усиливается.

Но тем не менее, если, скажем, Римо-католическую церковь или протестантские деноминации можно обличить в целом ряде еретических заблуждений [7], то никак нельзя сказать, что, скажем, лютеране или баптисты — члены тоталитарных сект или деструктивных культов.

Если же употреблять все эти термины как синонимы, то может возникнуть казус, подобный происшедшему на одной православной конференции, где на трибуну по недосмотру взобрался кришнаит [8] (приглашенный туда тем самым священником, который занимается реабилитацией сектантов) и ничтоже сумняшеся заявил: “Мы, инославные, считаем так-то...“Как можно назвать кришнаита инославным? Сами они, конечно, считают, что славят того же Господа, только под именем Кришны. Но, как говорится, спасибо, не надо... “Общество сознания Кришны”, безусловно, принадлежит к разряду деструктивных культов (или тоталитарных сект), но ни инославным, ни даже еретическим его назвать нельзя, потому, что изначально оно никогда не было христианским, а возникло на языческой основе.

 

2. Обзор литературы

Что касается вспомогательной литературы на русском языке, то пока ее не слишком много. Есть книга, изданная в Санкт-Петербурге: “Православие, католичество, протестантизм и секты” — пиратское издание, в котором используются, в частности, материалы Центра сщмч. Иринея Лионского, но без соответствующих ссылок. Книга лишена какой-либо системы и изобилует неточностями и недостоверными фактами.

Справочник о деструктивных религиозных организациях, выпущенный Миссионерским отделом нашей Церкви [9], к сожалению, был, очевидно, составлен малоцерковным человеком, что заметно любому внимательному читателю. Составитель справочника собрал и механически соединил множество газетных публикаций (по большей части из бульварных изданий) и другую отрывочную информацию и опубликовал весь этот компот в виде единого текста. Безусловно, в нем содержится какая-то базовая информация о многих организациях, которую не так просто найти в другом месте. Но вместе с тем в справочнике много ошибок, непроверенных и недостоверных данных и совершенно фантастической статистики. [10] Нет в нем и единообразия: статистические данные могут противоречить друг другу, в соседних абзацах подчас присутствуют разные изложения одного и того же события (взятые, например, из разных средств массовой информации), что подается как два разных события. То же самое происходит и с несколькими рассказами об одном и том же человеке, чье имя в разных публикациях приводится в различных транслитерациях. Составитель справочника помещает все эти рассказы по соседству, полагая, что речь идет о разных людях. [11] Есть там и информация о вообще не существующих сектах, придуманных журналистами из бульварных изданий для того, чтобы пощекотать нервы обывателя [12]. Но, вместе с тем, в справочнике вопиюще отсутствует информация о целом ряде деструктивных культов, в том числе — о неопятидесятнических сектах. Судя по новому изданию справочника, а также по компакт-диску, выпущенному тем же автором, в которых неопятидесятнические тоталитарные секты причисляюся к “традиционным протестантским церквам”, эта необъяснимая симпатия к неопятидесятникам— его принципиальная позиция. Помня о всех этих обстоятельствах, использовать “Справочник” следуете большой осторожностью.

В отличие от этого “Справочника”, “Справочник”, выпускаемый Новосибирским Центром во имя святого благоверного князя Александра Невского, является намного более достоверным и серьезным изданием, улучшающимся с каждым новым выпуском. К сожалению, это региональное издание почти недоступно вне пределов Новосибирской епархии.

Петербургский РХГИ выпустил перевод книги Айлин Баркер “Новые религиозные движения” (Спб., 1997), причем редактор прот. Владимир Федоров в предисловии представил эту монографию как первый подлинно научный труд о “новых религиозных движениях” на русском языке. На самом деле преподаватель Лондонской Школы экономики Айлин Баркер широко известна своей ангажированностью и активной просектантской деятельностью. Известно и то, что она, в частности, получала деньги от “Церкви объединения” Муна [13]. Помимо очевидно просектантской позиции, книга ее полна неточностей и фактических ошибок. [14] Все это усугубляется на редкость некомпетентным переводом. Например, практически ни один из индуистских терминов не дан в правильной русской транслитерации. Безусловно, некоторые ячменные зерна в этой малоаппетитной просектантской куче все же находятся, но неподготовленный читатель рискует так и не найти их, заблудившись в джунглях недостоверной и тенденциозной информации.

Есть несколько книг, написанных американскими евангеликами, которые можно отчасти использовать: “Обманщики” Джоша Макдауэлла и Дона Стюарта (М., 1993), “Лабиринты веры” Кеннета Боа (М., 1992) и “Царство культов” Уолтера Мартина (СПб., 1992). К сожалению, перевод каждой из них оставляет желать много лучшего. Естественно, нужно помнить о религиозной позиции их авторов; впрочем, православному читателю она и так бросится в глаза. Многое из их критики той или иной секты для нас бьет мимо цели, но все-таки основную ознакомительную информацию о сектах из этих книг почерпнуть можно.

Баптисты из Новосибирска издали несколько книг: “Христос и Кришна: свет и тьма” (Новосибирск, б. г.) (книга была написана православным автором и представляет собой расширенный вариант одноименной брошюры, изданной православным издательством), “Религия Антихриста” В. Алексеева и А. Григорьева о движении “Ньюэйдж” (очень неплохая, серьезная и глубокая книга, весьма близкая к православному взгляду на “Нью эйдж”).

Книга А. Егорцева “Тоталитарные секты — свобода от совести” (М., 1997) является сборником журналистских репортажей-зарисовок на темы проникновения различных сект в нашу жизнь. Свою цель она безусловно выполняет, но систематического изложения учения и истории той или иной тоталитарной секты читатель в ней не найдет. Впрочем, автор и не ставит перед собой такой задачи.

Есть еще моя брошюра “Десять вопросов навязчивому незнакомцу, или Пособие для тех, кто не хочет быть завербованным” — в ней дается общее понятие о тоталитарных сектах. Однако не нужно забывать, что брошюра эта адресована в первую очередь нецерковному человеку, еще не сделавшему свой религиозный выбор.

Центр сщмч. Иринея, еп. Лионского, выпустил в свет переводную с немецкого книгу “Империя преподобного Муна”, а также книгу “Капкан безграничной свободы” — сборник статей о сайентологии. До сих пор эти два издания являются наиболее авторитетными и достоверными русскоязычными критическими публикациями о данных сектах. В январе 2001 г. Издательство Московской Патриархии выпустило подготовленный Центром св. Иринея Лионского объемный сборник материалов нашумевшего судебного процесса целого ряда тоталитарных сект против меня и Отдела религиозного образования и катехизации МП РПЦ. Сборник, содержащий большое количество важных документов, судебных решений, резолюций правительственных органов разных стран, свидетельских показаний, журналистских расследований и др., называется “Секты против Церкви”.

Мы опубликовали также несколько информационных листков о иеговистах, сайентологах, московской “Церкви Христа” и “АУМ Синрикё”. Они имеют весьма широкое хождение, и мы уже встречались со многими их перепечатками в самых разных местах. Также целый ряд полезных информационных листков и материалов (в особенности по “Свидетелям Иеговы”, мормонам и “теологии процветания”) был издан Санкт-Петербургским “Центром апологетических исследований”. В книгах диакона Андрея Кураева можно найти все, что касается Рерихов, антропософии, теософии и других видов “интеллигентского” оккультизма.

И наконец, с осени 1998 г. Центр сщмч. Иринея, еп. Лионского, начал выпускать информационно-просветительский журнал “Прозрение”. Журнал издается в качестве приложения к “Журналу Московской Патриархии”. В нем можно найти как последнюю информацию о всех сколько-нибудь известных тоталитарных сектах, так и аналитические материалы на самые разные темы, связанные с феноменом тоталитарного сектантства.

 

3. Обман при вербовке

Обычно первый вопрос, который мне задают, звучит так: как узнать “тоталитарную секту”? Как определить, какая секта тоталитарная, а какая — нет? Мы еще будем говорить об этом, но один из первых настораживающих признаков — это наличие обмана при вербовке. Незнакомцы, которые подходят к вам на улице, чтобы пригласить к себе или попросить пожертвовать деньги, или предложить что-то у них купить, часто могут оказаться представителями сект, которые никогда не сообщат вам, ни для чего нужны эти деньги, ни какая организация вас приглашает. Почти все, что они сообщат, будет более или менее откровенным обманом.

Скажем, молодые люди продают блестящие переводные картинки. Они говорят, что представляют какие-то студенческие организации, и предлагают купить в помощь бедному студенчеству эти картинки, на которых или лошади бегут по берегу моря, или изображен Иисус с большим сердцем, а также Дева Мария с розарием, или исламский орнамент — есть варианты на все вкусы. Обычно они просят за них довольно дорогую цену, а если спросить, почему так много, они ответят: мы вам эту картинку дарим как благодарность за пожертвование, которое вы делаете в помощь студентам. Если спросить, откуда они, то услышишь в ответ: “Мы из христианской студенческой организации”. На самом деле это муниты — представители “Церкви объединения”, ее молодежного крыла, которое называется английской аббревиатурой “CARP” (в переводе на русский: “Вузовская ассоциация по изучению Принципа” — ВАИП). Любой мало-мальски сведущий человек знает, что мунизм ничего общего с христианством не имеет. Таким образом, сектанты сразу же начинают с обмана.

Или, предположим, засовывают вам в ящик листовку: “Хотите узнать себя? Хотите познакомиться с самим собой? Вы можете бесплатно пройти у нас Оксфордский тест”. Это действует одна из наиболее опасных в мире сект — секта сайентологии. Тут сплошной обман: “Оксфордский тест” не имеет отношения ни к городу Оксфорду, ни к Оксфордскому университету, ни к психологии вообще: он составлен моряком торгового флота, не имевшим психологического образования. В нем 200 очень подробных, причем зачастую весьма интимных вопросов. Это значит, что человек, заполнивший этот тест, сообщает целый ряд сведений о собственной жизни неизвестным лицам. Анкета не анонимная — нужно сообщить свой адрес, телефон, имя, фамилию, возраст. Таким образом, человек вручает всего себя неизвестно кому. Результат этого теста будет, как правило, таков: вам скажут, что у вас есть серьезные проблемы в сфере общения (а у кого их нет?—А. Д.), а чтобы поправить дело, абсолютно необходимо как можно скорее записаться на небольшой (платный) курс, основанный на всемирно признанном научном методе, не имеющем к религии абсолютно никакого отношения. Так люди попадают в секту сайентологии.

Принцип тоталитарной секты — затащить человека к себе прежде, чем он что-нибудь о ней узнал. [15] В нашей Церкви ситуация ровно противоположная. Когда человек с улицы приходит в храм и говорит, что хочет стать православным, его по правилам полагается прежде всего спросить, что он знаете о Православии. И если окажется, что он верует во что-то иное, его просто не окрестят до тех пор, покуда он сознательно и свободно не примет догматы православной веры. Во многих храмах вернулись к каноническому древнему правилу и проводят специальные занятия с оглашенными, готовя их к таинству крещения и к СОЗНАТЕЛЬНОМУ вхождению в Православную Церковь.

Когда же вербовщики затаскивают человека в секту, то их задача как раз обратная — “захлопнуть за ним дверь”, пока он ничего еще не знает об их организации. Потому что если рассказать человеку, заполняющему “Оксфордский тест”, что на самом деле он на долгие годы (если не на десятки лет) попадет в деструктивную секту и должен будет заплатить огромные деньги за бесчисленное множество курсов (полная стоимость сайентологического “моста”, как они сами это называют, — от 350 тысяч долларов, так что большинство людей, попавших в сайентологию, даже пробыв в ней долгие годы, так и не узнают, в чем, собственно, состоит истинное вероучение секты); что он, скорее всего, подпишет кабальный договор и будет дневать и ночевать в этой секте, отрабатывая его условия; что его могут заставить совершать преступления и почти наверняка заставят порвать со всеми родными и близкими, отказавшимися пойти за ним в секту, — если все это рассказать заранее, очень мало кто согласится пойти в эту секту. Если раскрыть человеку содержание строго секретных сайентологических курсов для посвященных высших уровней, он просто придет в ужас и не захочет иметь с сайентологами ничего общего.

В Православной Церкви все обстоит ровно наоборот: прежде человек исповедует, во что и как верует, и только потом делается членом Церкви. Никаких тайн у нас нет и быть не может, в отличие от большинства тоталитарных сект, в которых существует много уровней информации и вероучения: для посвященных, более посвященных и еще более посвященных — и так без конца. Вот и выходит, что человек иной раз отдает годы жизни организации, о подлинном учении и подлинных целях которой он ровно ничего не знает и даже не догадывается.

 

4. Уровни членства в сектах

Часто задают вопросы о количестве членов сект. Ответить на этот вопрос трудно, так как можно говорить как минимум о трех уровнях членства, которые можно условно изобразить тремя концентрическими кругами с единым центром.

Внутренний круг — это “профессиональные” “сектоводы”, то есть люди, которые зарабатывают на жизнь этой своей деятельностью, руководители, высшее звено, целители, экстрасенсы, преподаватели восточных боевых искусств, йоговских методов и т. п. Таких людей гораздо больше, чем обычно кажется многим: в западных странах, например, по оценкам специалистов, количество таких людей в полтора-два раза превышает количество священников, пасторов традиционных церквей. Думаю, что в России это количество не меньше (а может быть, и больше). В 1996 г. в популярном журнале приводились такие цифры: в России от 400 до 500 тысяч всяческих магов, целителей и экстрасенсов, 100 тысяч из них — в Москве. Думаю, что число это сильно завышено, но зато в него не входят руководители и управляющее звено сект — с ними число, возможно, было бы ближе к достоверности. Представьте себе, какой силе приходится противостоять нашей Церкви.

Следующий круг состоит из сектантов, которые все время проводят в секте, живут там; они полностью посвятили себя сектантской деятельности. В отличие от первого, этот круг уже, чем можно предположить: таких “полноставочных” сектантов сравнительно не так уж много, к тому же они часто перетекают из одной секты в другую. Почти все современные тоталитарные секты наносят более или менее тяжелые повреждения сознанию человека, и тот частично или полностью утрачивает навыки самостоятельной жизни. Нужен длительный период реабилитации, чтобы вывести человека из этого состояния, излечить, привести в норму, адаптировать социально. Многие люди, по той или иной причине оказавшись вне секты, которая их покалечила, не могут найти себе места в жизни, не знают, куда приложить свои силы: все социальные связи оборваны, принимать самостоятельные решения они разучились, а навыки, которыми обладали, утеряли. Этот феномен описан психологами. Скажем, человек приходит в секту в 20 лет. Через 20 лет он уходит оттуда, но эмоционально остается на том же уровне, на котором он был двадцать лет назад. А ведь на самом деле ему уже 40, все его сверстники — сложившиеся люди. Начинать жизнь заново слишком трудно, а то и вообще поздно. И вот, помыкавшись, бедняга попадает в другую секту. За счет подобного рода текучки между различными сектами количество сектантов кажется большим, чем оно есть на самом деле. У такой психологической зависимости механизмы те же самые, что и у зависимости наркотической, только наркотическая эйфория достигается за счет введения в кровь химических субстанций, а здесь действуют психологические приемы, но механизм тот же самый — вызывание у человека индуцированной (то есть наведенной) эйфории и выработка у него стойкой психологической зависимости от секты. Этого вполне можно добиться без всяких наркотиков, хотя справедливости ради нужно сказать, что некоторые секты, тем не менее, используют наркотические или психотропные вещества.

Но не нужно и успокаивать себя относительно небольшими цифрами членов некоторых сект: дескать, мунитов у нас в стране всего-навсего пять тысяч, а нас, православных, — вон сколько! Пять тысяч мунитов — это пять тысяч бойцов. Это отборные полки, элита, состоящая, так сказать, из одних офицеров. Они беззаветно преданы лидеру секты, беспрекословно выполняют его приказания и все 24 часа в сутки отдают секте, как правило, получая за это лишь самые, мягко говоря, спартанские жилищные условия, скудную пищу и подержанную одежду. Много ли в нашей Церкви найдется таких людей?

Самый широкий круг членов секты — третий: люди, отчасти затронутые сектой. В нашей стране к нему, наверное, принадлежит большинство населения. Это те солдаты, которые при необходимости смогут восполнить сектантские офицерские полки.

Кто же эти люди? Это те, кто иногда похаживает на какие-нибудь лекции по йоге, а в случае болезни обращается к экстрасенсам и целителям, идет к гадалке, составляет гороскопы, может ходить на собрания одной секты, но зайти и на другие, послушать лекцию по эзотерике, почитать оккультную книжку и т. д. Это люди, которые создают фон, благоприятный для приживания секты, ту мутную оккультную среду, питательную для различного рода духовных извращений, в которой секты могут плодиться и размножаться. И нашу разъяснительную и просветительскую работу мы должны вести в первую очередь именно среди этого круга, чтобы не давать сектам возможности черпать оттуда новые “кадры”.

 

5. Сектантский “новояз”

Чтобы понять, что такое тоталитарное сектантство, надо непременно прочесть книгу Джорджа Оруэлла “1984”. Этот талантливый роман написан в жанре антиутопии. Оруэлл описывает “идеальное” тоталитарное государство, беспощадно подавляющее индивидуальность своих граждан. На самом деле описанная в книге атмосфера — это прежде всего атмосфера внутрисектантской жизни. Сформулированные автором принципы порабощения и контролирования сознания и соответствующие механизмы, описанные в книге, — это то, что действует внутри секты.

В числе прочего Оруэлл открыл такой закон: тот, кто контролирует язык человека, контролирует его сознание. Ведь, попав в любую секту, жертва начинает говорить на ее языке. В нашем случае это может быть и русский язык, но в нем происходит тонкая подмена понятий, когда ключевые слова приобретают другое значение, и адепт невольно начинает мыслить категориями секты. Наверное, те из вас, кто общался с членами той или иной секты, обращали внимание на особенность, которую можно назвать “эффектом магнитофона”, когда человек совершенно не воспринимает того, что вы говорите, и только отдельные ваши слова играют роль пальца, нажимающего на кнопку. Человек выхватывает какое-то одно слово, кнопка срабатывает, и он выдает соответствующий текст. То, что вы говорите дальше, проходит мимо его сознания, хотя вы и говорите с ним по-русски — на его родном языке. Он не может уже воспринимать вашей речи.

Многие секты изобретают и сложный собственный язык. Например, сайентологи должны вызубрить многотомный словарь хаббардизмов (Л. Рон Хаббард — основатель сайентологии) и перейти на этот чудовищно безграмотный жаргон. Но даже в менее, так сказать, “лингвистически” направленных сектах, таких, например, как ЦХ (“Церковь Христа”), есть определенные термины на русском языке (они называются “загруженными терминами”), которые несут в себе совсем иную смысловую или эмоциональную нагрузку, чем та, которая изначально в них заложена. Скажем, здесь слово “традиционный” — плохое, оно как бы нажимает определенную кнопку в сознании сектантов, вызывая цепь определенных негативных ассоциаций. Умело манипулируя такими “загруженными терминами”, сектантский лидер добивается полной покорности и беспрекословного повиновения своей жертвы.

Так, у мунитов малейшее сомнение в правильности слов или действий лидера любого уровня немедленно квалифицируется как “синдром. Каина и Авеля” (один из наиболее часто употребимых мунитских “загруженных терминов”) и, таким образом, подавляется в зародыше: мало кому хочется признать себя первоубийцей Каином. Еще более зловещими были “загруженные термины” в секте “Небесные врата”. Например, человеческие тела заранее дегуманизировались, будучи обозначенными словами “контейнер” и “оболочка”. А такие слова, как “покинуть планету” или “спасти собственную жизнь”, значили “совершить самоубийство”, поэтому когда пришло время и Эпплуайт объявил, что пора “сбрасывать оболочки” и “покидать планету”, никто из его адептов уже не воспринимал зловещего смысла сказанного и все безропотно последовали за ним.

Итак, кто контролирует язык человека, тот контролирует и его сознание. Так получилось, что язык, на котором сегодня говорит наша страна, — это совсем не тот язык, на котором говорим мы с вами, члены Православной Церкви. На самом деле сектанты впереди нас — они говорят на том языке, который понятен большинству. Люди сейчас или не понимают таких простых слов, как, например, покаяние, грех, ересь, ответственность, благодать, догмат, святость, таинство, молитва, спасение и т. п., или вкладывают в них совершенно иной смысл.

Зато если вы включите телевизор, то увидите, что по одной программе говорят о карме, по другой — об энергетике, по третьей — о космическом разуме, по четвертой — об открытии чакр, по пятой — о пробуждении кундалини, по шестой — о медитации. И когда приходит очередной Сёко Асахара и говорит, что он раскроет вам чакры, пробудит кундалини и научит самой эффективной технике медитации, эти слова падают на хорошо удобренную почву. А вот когда священник говорит, что нужно покаяться, нужно обратить взор внутрь себя, нужно молиться и участвовать в таинствах, — это непонятно, это намного труднее и далеко не так “комфортабельно”. В лучшем случае от современного человека можно услышать, что он любит зайти в храм, потому что там “энергетика хорошая” и он, дескать, там может “подзарядиться”. Но потом оказывается, что какой-нибудь Виссарион предлагает еще куда лучшую и намного более действенную энергетику — и наш ценитель духовности с радостью бежит к сибирскому “мессии”.

Одна грандиозная попытка замены языка нам известна — большевики по существу перепахали и переделали весь русский язык. У Маршака есть стихотворение: любознательный пионер спрашивает у седоусого дедушки, что такое “городовой”, “царь”, “слуга”, “бог”, и тот отвечает, что да, были вот такие гадкие слова, но сейчас их нет, и какой ты счастливый, внучек, что тебе не нужно знать эти слова. Ну что ж, зато появились “Рабкрин”, “медсестра”, “зарплата”, “ВЦСПС”, “примкамера”, “жилплощадь”, “каналармеец”. На этом кошмарном жаргоне говорила целая страна, творили поэты, создавали свои романы писатели. Конечно, до конца уничтожить русский язык и вытравить из него все христианские слова и понятия большевикам не удалось. Но во многом они преуспели. Сейчас советской власти больше нет, но “пошел новый процесс”: сегодня один новояз успешно заменяется другим.

В конце мы будем говорить о том, что объединяет все секты. Неоязыческое оккультное движение с английским названием “New Age” (“Нью эйдж”, “Новая эра”) тем или иным способом охватывает все современные тоталитарные секты. Есть определенный ньюэйджевский словарь, который встречается во всех наших СМИ: “глобальная деревня”, “космический корабль Земля”, “новое мышление” (подробно об этом написано в соответствующей главе этой книги) — все это ньюэйджевские термины, воспринимая которые, люди начинают мыслить соответствующими категориями. И эта глобальная атака на христианство куда более опасна, чем все предыдущие. [16]

6. Истоки и происхождение тоталитарных сект

Секты существуют столько же, сколько существует христианство. Из истории христианства мы знаем, что с самого начала бытия христианской Церкви стали появляться гностические секты, а затем монтанизм, манихейство и т. п. Сектантское искушение постоянно присутствовало в истории Церкви.

В XX веке явилось такое не существовавшее ранее понятие, как тоталитаризм. Первоначально он явил себя в политической ипостаси, а затем возникли и религиозные секты, которые мы сейчас называем тоталитарными. Эти секты используют все новейшие технологии контролирования сознания, которые раньше попросту еще не были изобретены. При современных скоростях передвижения, технологических новшествах, обилии информации и умении манипулировать ею контролирование сознания принимает массовый и тотальный характер, что ранее было попросту недостижимо.

Предтечами современных тоталитарных сект, вероятно, следует считать секты мормонов и иеговистов. Это секты-долгожители, они действуют и поныне (у нас в стране тоже). Их история во многом показательна; зная ее, можно с определенной долей вероятности предугадывать пути развития других, более молодых тоталитарных сект (если, конечно, им удастся прожить столь долгое время).

Зарождение современных тоталитарных сект во многом было предуготовлено бесконечным процессом дробления постпротестантских деноминаций и сект, достигшим апогея в XIX в. Мормоны и “Свидетели Иеговы” являются реликтовыми продуктами именно этого феномена, как бы застывшими во времени их появления и становления. Но процессы дробления продолжались своим чередом, принося свои плоды: в массовом сознании сначала протестантских, а затем и римо-католических стран (приоритетной территории для миссионерско-прозелитических усилий нововозникающих сект) все больше разрушалось понятие традиционности в религии и укреплялись идеи приоритета личных психологических переживаний и ощущений над “церковностью”, “обрядовостью”, “клерикализмом” и проч. Так секты, возникающие на основании видений и откровений того или другого человека, стали восприниматься как нормальное, закономерное, терпимое, а то и положительное явление. Монорелигиозность начала восприниматься как постыдное явление темного прошлого. Эклектизм стал нормой в массовом сознании.

Другой важной вехой в возникновении современного популярного религиозного мышления можно считать Всемирный Парламент Религий в Чикаго, который собрался в 1893 г. Он был организован оккультной сектой сведенборгиан при активном участии унитариев и Теософского общества, основанного нашей (увы!) соотечественницей Е. П. Блаватской. Идеологи Общества утверждали, что оно объединяет в себе все религии. Уже тогда в воздухе носились идеи объединения всех государств мира, которые воплотила после Первой мировой войны Лига Наций. Созвучной времени была и идея объединения различных религий. Требование единства мира было связано с религиозной и культурной унификацией. Оккультная теософская идеология и есть тот синтез, который западные интеллектуалы попытались создать между религиями Востока и Запада. Он и породил ту единую оккультную систему, с которой, как представляется, в той или иной степени соотносимы почти все современные тоталитарные секты. Как можно говорить (хотя бы в культурологическом смысле) о христианском мире, христианской культуре, христианской цивилизации, так же можно говорить и об оккультном мире, оккультной религии (religio occulta), к которой принадлежат почти все современные тоталитарные секты. Одной из их предтеч стала Елена Петровна Блаватская. О ней мы поговорим отдельно в главе, посвященной движению “Нью эйдж”.

Давно витавшая в воздухе идея единства мира, к которой постепенно приближался Запад в результате развития техники и все большей интеграции национальных культур в единую цивилизацию, лучше всего была сформулирована на Востоке. Именно там идея о единстве всего сущего неизбежно порождала мысль о внутренней тождественности всех религий. Смешение самых различных верований уже давно стало характерной чертой Индии и Китая. Одним из первых, кто сформулировал принцип единства всех религий мира, был индийский жрец богини Кали [17] Рамакришна (1836-1886). “Бог один, отличаются лишь его имена, — говорил он, — одни называют его Аллахом, другие Богом, кто-то Брахманом, кто-то Кали, кто-то Кришной, Иисусом, Буддой” [18].

Эту мысль на Парламенте Религий в Чикаго озвучил ученик Рамакришны — Свами Вивекананда. Вот его слова:

“Если одна религия истинна, то все остальные тоже должны быть истинны. Так что религия Индии столь же ваша, как и моя. Мы, индусы, не просто терпимы, мы объединяем себя со всеми религиями, молясь в мечети с магометанином, поклоняясь огню с зороастрийцем и преклоняя колени перед крестом с христианином. Мы знаем, что все религии сходны и от простейшего фетишизма до самого высокого поклонения Абсолюту являются лишь попытками человеческого духа охватить и осознать Бесконечное. Поэтому мы собираем эти цветы и, связав их вместе нитью любви, создаем из них дивный букет богослужения”. [19]

Итак, нам предлагается красивый, миролюбивый и терпимый синтез. Но насколько он возможен для честного, непредвзятого верующего? Это ложь, что все религии отличаются в мелочах и едины в главном. Религии могут быть сходными в мелочах, но принципиально различаться в главном. Какие-то техники исихазма могут походить на йоговские техники созерцания, но цели, к которым стремятся индийский аскет и афонский монах, — абсолютно противоположны. И, в конце концов, стремление объединить все существующие религии приводит лишь к созданию еще одной секты. Недалеко от Чикаго есть бахаистский храм, который имеет девять входов, соответствующих девяти крупнейшим религиям мира. Каждый из них ведет к единому алтарю, расположенному в центре зала. Заметим, к бахаистскому алтарю.

Вернемся к истории. Какое-то время все эти проявления новой религиозности существовали во многом автономно друг от друга, не смешиваясь в массовом сознании. Постпротестантские секты продолжали дробиться; теософствующие интеллигенты создавали все новые и новые синтезы, индуизм оставался глубоко чуждым явлением для населения христианских стран; вуду, умбанда и прочие эклектические народные культы не практиковались вне своих этнических границ и своего весьма ограниченного социума.

Лишь после Второй Мировой войны все эти и многие другие элементы начали активно взаимодействовать, влиять друг на друга и соединяться в самые причудливые комбинации. Важную роль тут сыграли и опыт тоталитарных стран, вкупе с опытом создания и построения радикальных (как правых, так и левых) политических партий и организаций и управления ими, и широкое распространение в западном обществе фрейдистского и постфрейдистского психоанализа, безусловно воспринявшего на себя в массовом сознании религиозный аспект. Голливудская кинопродукция, соединившая между собой культуры и континенты и создавшая свою, упрощенную и профанированную, синтетическую виртуальную реальность, скорее всего, и послужила необходимым катализатором для начала процесса зарождения невиданных ранее нео и псевдорелигиозных тоталитарных монстров и монстриков.

 

7. Коммерческие культы

Каждая из сект, о которых мы будем говорить, представляет определенного рода синтез, у них всегда (за редким исключением) достаточно сложное, неоднозначное происхождение. Этот эклектический религиозный постмодернизм и есть плод того ложного синтеза, который начался в послевоенное время. Синтез искусственный, ранее никогда не существовавший и в конце концов убивающий настоящие религиозные чувства. Очень сложный вопрос: можно ли вообще такие секты называть религией? Слово религия происходит от латинского слова religare, что значит “восстанавливать связь”, то есть связь с Богом, но в сектах связь происходит всегда с лидером, с главарем секты, который фактически становится на место Бога, а для своих последователей фактически и есть Бог. Иногда в сектах об этом говорится прямо, иной раз косвенно — лидер объявляется “посланником Бога”, “величайшим пророком”, “мессией” и т. п. в зависимости от контекста, в котором существует учение секты. Но почти всегда лидер в глазах своих адептов фактически воспринимает на себя божественные функции и становится объектом божественного почитания. А кроме того, необходимо помнить и о коммерческой подоплеке, присутствующей практически в каждой тоталитарной секте.

Но есть секты, в которых нет собственно религиозного учения, учения о Боге. Даже пользуясь понятием религии в самом широком смысле, в новом определении, сформулированном диаконом Андреем Кураевым, определившим религию как попытку преодоления смерти и установления связи с духовным миром, — даже в этом смысле ряд сект мы не сможем назвать религией. В них есть лишь культ благополучия и богатства и громкие, навязчивые обещания успеха, которые принесет вступление в организацию, компанию, клуб. Такие секты религиоведы называют коммерческими (или индустриальными) культами. Типичные примеры подобных сект — “Гербалайф”, “Эм-Уэй” (“Am-way”), “Ипсум” (“Ipsum”) Фабриса Керерве и другие подобные им организации, функционирующие по принципу пирамиды, или, как они сами это называют, “многоуровневого маркетинга”.

Один из признаков пирамид — это то, что людям обещается прибыль не только (и не столько) от торговли, сколько от вербовки в организацию новых людей. Каждому члену обещается процент от всех продаж, совершенных теми, кого они приведут в организацию. И характерно, что одно из первых заданий, которое дается желающим поступить в коммерческий культ, — это составить список (с адресами и телефонами) всех знакомых, которых они могли бы попытаться привести в “фирму”.

Итак, религиозного учения у таких сект, как правило, нет, [20] но методы их деятельности и контролирования сознания своих членов — совершенно сектантские. Чтобы не быть голословным, расскажу о своих впечатлениях о посещении собрания “Гербалайфа” в арендованном ими зале. Придя туда, вначале слышишь оглушительную музыку. Все приплясывают, подпрыгивают в такт, вместе скандируют. Психологи отмечают, что такая подготовка (разогрев) делает человека гораздо более внушаемым.

В какой-то момент музыка резко смолкает, на сцену выходит человек и начинает говорить. Он говорит русскими словами, но совершенно не по-русски — с английскими интонациями и английским синтаксисом. И все “гербалайфовцы” на том собрании, выходя на сцену, говорили именно так, совершенно одинаково. При этом, как оказалось, никто из них не умел говорить по-английски. Говорили примерно следующее: “Здравствуйте, мы очень рады приветствовать вас тут, здесь. Как хорошо, что вы пришли, мы очень рады, что вы тут, здесь сегодня. Первый раз в жизни вы сделали правильный выбор! Мы поздравляем вас, что вы его сделали, показали мудрость и пришли к нам сюда. Это прекрасно, это потрясающе! Это ваш первый шаг на пути к успеху, здоровью и процветанию. Еще раз поздравляю вас!”

Дальше начинается пересказ “Хороших новостей”, или “Евангелия от Гербалайф”: об американце Марке Хьюзе, мать которого была голливудской актрисой. Ей нужно было похудеть на 20 килограммов, и она потеряла эти 20 килограммов, сыграла свою роль, получила “Оскара”, но потом умерла, потому что диета была нета. И МаркХьюз, благородный человек, поклялся, что найдет средство, чтобы все могли худеть и не умирать. Он отправился в Гималаи, общался там с мудрецами и нашел некий продукт, который дает человеку силы, бодрость, здоровье — сразу все на свете. Вернувшись домой, он обнаружил там свою единственную бабушку при смерти: старушка едва могла открывать рот. Хьюз насыпал ей в рот немного своего средства, и на следующий день бабушка уже плясала польку и торговала этим средством по всему Лос-Анджелесу.

“И вот, наконец, я рад, что вы уже приобщились к нашей избранной группе, несущей миру такое чудодейственное средство. Пусть встанут и подойдут ко мне те, кто может рассказать о происшедших с ними чудесных, восхитительных, потрясающих переменах”.

И тут на сцену начинают один за другим выходить люди. Это очень похоже на то, как выступа ют люди на сектантских харизматическо-евангелических сборищах: я был таким страшным грешником, но теперь я святой. Выступления гербалайфовцев строились приблизительно так: “У меня был туберкулез (или язва, или половина печени отрезана), гайморит, радикулит и инфаркт миокарда, а сейчас я начал принимать Продукт, принимаю его три недели — и посмотрите, какой я! Я уже абсолютно здоров! Кроме того, я стал в три раза умнее и энергичнее прежнего! Наконец-то у меня началась абсолютно новая жизнь! И все это благодаря Продукту!” Человек говорит все громче, подпрыгивает, приплясывает, а один из них даже завопил, воздымая руки кверху: “Спасибо тебе. Продукт! Ты изменил мою жизнь. Это здорово! Это великолепно! Это потрясающе!”

Все признаки секты здесь присутствуют: замкнутый круг, собственный язык (сектантский жаргон), отрыв от всего внешнего мира, черно-белое восприятие действительности, чувство избранности и элитизм, чувство некоего спасительного знания, чувство миссии, которую они несут миру. У гербалайфовцев даже есть лозунг: “Our mission is nutrition!” (“Наша миссия — питание!”). Для таких организаций характерно и изменение системы ценностей, когда признаются только ценности внутригрупповые.

Все эти методы объясняются очень просто: “Гербалайф” — коммерческая организация, построенная по типу пирамиды, в которой богатеет только самая верхушка — весьма ограниченное число людей. Как привлекать и держать остальных? Есть некий препарат, при помощи которого человек то ли похудеет, то ли нет. Его содержания мы не знаем. Можно предположить, что, как и во многих подобных средствах, в нем содержится ряд амфетаминов, далеко не безвредных субстанций, убыстряющих обмен веществ (и могущих вызывать привыкание). Человек купил гербалайфовские препараты, похудел или наоборот — не похудел. А дальше что? Дальше он может узнать, что продукт, оказывающий по меньшей мере такой же эффект, но произведенный лицензированной фирмой, продается в магазине и стоит подешевле “Гербалайфа”.

Но фирма, предвидя этот этап, предупреждает, что помимо похудения и улучшения здоровья, человек может стать сказочно богатым, если будет распространять “Гербалайф”. Он будет зарабатывать, сам торгуя “продуктом”, но — главное — он будет получать процент от каждой продажи, совершенной завербованными им новыми “дистрибьюторами” (распространителями) “Гербалайфа”. Так потенциальные клиенты покупаются на пирамидальную приманку.

Человек покупает “продукт”, поначалу продает его всем своим знакомым и родственникам (потому что его нужно покупать за свои деньги, а потом уже перепродавать), ну а потом? Вся квартира завалена гербалайфом — куда его девать?

И тут включается третий элемент: ладно, вы не похудели и не разбогатели, но зато вы член замечательной организации избранных, которая несет миру просвещение и освобождение. То есть вместо здоровья и богатства подсовывается идеология. Более того, уверяют вас, разбогатеть вы можете, только если искренне верите в уникальность фирмы и чудодейственность продукта. Тогда у вас все получится. Вот видите, как все замечательно получается у вашего коллеги? Если пока не выходит у вас, так это вы сами виноваты. Вложите больше веры, больше денег, больше труда в распространение продукта — и тогда ваши усилия будут вознаграждены. Но отдать нужно всего себя без остатка. Ведь вначале вам удавалось хорошо распространять продукт и зарабатывать? — Это потому, что у вас была мотивация, а сейчас вы ее утратили. Предлагаем вам записаться на курсы (семинары) по повышению мотивации. Конечно, за курсы вам придется немного заплатить, но зато вы вскоре начнете зарабатывать так много, что все ваши затраты окупятся с лихвой. Ведь вы уже так близки к богатству и процветанию... Неужели, уже практически держа птицу счастья в своих руках, вы ее отпустите?

Приблизительно так учат “Дистрибьюторов” продуктов, распространяемых коммерческими культами. Посещение этих курсов или семинаров несколько раз в неделю — одно из необходимых условий членства в секте. При помощи таких семинаров коммерческим культам удается контролировать сознание своих членов, и выходит, что если вначале человек покупает “продукт” с идеологической нагрузкой, то в конце концов он уже платит деньги за идеологию в чистом виде. В этом смысле наинагляднейшим примером коммерческого культа является сайентология, никогда ничем кроме идеологической нагрузки не торговавшая.

И, наконец, нужно помнить о существовании такого общечеловеческого свойства: чем больше люди вложили куда-то материальных средств, сил и здоровья, тем труднее им оттуда уйти. Так было, например, с МММ, с Мавроди, который всех жестоко обманул и облапошил, а потом его выбрали депутатом. Трудно признаться человеку, что он совершил глупость. Все, что он вложил в организацию, держит его в ней.

Или, например, так было, когда основатель адвентизма американец Уильям Миллер объявил, что в 1844 г. произойдет второе пришествие Христа и конец света, и многие люди поверили ему. Они перестали пахать, сеять и в указанный день собрались в белых одеждах на горе в указанном месте. После бессонной ночи все увидели, что пришествия Христа не случилось, конца света не произошло. Казалось бы, все: конец адвентизму. Ничего подобного: несколько человек отошло, а оставшиеся стали придумывать объяснения, почему столь несомненно и абсолютно истинное пророчество не сбылось. Объяснение вскоре было найдено (было бы желание), и вера последователей Миллера лишь укрепилась. [21]

И в этом случае мы видим тот же самый феномен: слишком много было вложено, трудно отказаться. “Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше” (Мф6:21).

В завершение этой истории стоит добавить, что в 2000 г. глава многомиллиардной империи “Гербалайф” Марк Хьюз скоропостижно скончался в цветущем возрасте 44-х лет. Его тело было найдено в принадлежащем ему роскошном калифорнийском особняке. Вскрытие показало, что смерть наступила от слишком большой дозы снотворного и алкоголя, которым основатель коммерческого культа злоупотреблял. Чудо-продукт “Гербалайф” не помог своему изобретателю...



[1] Хассан Стивен. Освобождение от психологического насилия. СПб, 2001. С. 45.

[2] В отличие от частого популярного словоупотребления, протестантами корректно называть лишь классические деноминации, возникшие входе реформации и сохраняющие хотя бы некоторую церковную структуру, а именно лютеран и кальвинистов (реформатов, пресвитериан и конгрегационалистое), а так же англикан. Мы привыкли к трехчастному делению христианского мира: есть православные, есть римо-католики. а всех остальных автоматически относят к протестантам. Таким образом, протестантизм получается чем-то вроде безразмерного мешка, в который пихают все, что ни попадя, иной раз даже “Свидетелей Иеговы” или мормонов. В данном повествовании мы будем отличать протестантов от постпротестантских христианских деноминаций. Последних довольно трудно объединить в какую-либо единую группу, тем более, что отделения каждой из этих деноминаций, даже носящих единое название, могут разительно отличаться друг от друга (например. британские и корейские методисты: первые являются переходной группой от классического протестантизма к постпротестантизму, а вторые, скорее всего, будут иметь целый ряд признаков псевдохристианской тоталитарной секты). Наиболее заметная группа среди постпротестантских деноминаций объединяет людей, называющих себя “евангельскими христианами” (не путать с “христианами веры евангельской” — стандартным самообозначением российских пятидесятников и неопятидесятников — см. гл. 16 настоящего издания). К ней, например, относятся известные нам баптисты.

Обычно всю эту группу (хотя входящие в нее организации, опять же, могут сильно отличаться друг от друга) обозначают собирательным термином “евангелики”. В этой книге для удобства мы будем употреблять термин “евангелики” в обозначенном собирательном смысле.

[3] В Септуагинте. а также в переводах Священного Писания на церковно-славянский и русский языки, употребляется только слово “ересь”. В Вульгате haeresis употребляется в Деян. 5:17.15:5, 24:14; haeresis переведено как secta в Деян. 24:5. 2 Петр. 2:1, Гал. 5:20. Вплоть до Нового времени эти два слова употреблялись на латинском Западе как синонимы. После Реформации установилось разграничение значений терминов: слово – “секта” стало употребляться в вышеуказанном смысле, “ересью” стало обозначаться неортодоксальное учение, содержащееся сектой или деноминацией, причем это правило словоупотребления было обращено и в прошлое христианства (таким образом, можно, например, сказать, что секта севериан исповедовала монофизитскую ересь). Такое различение названных понятий было воспринято отечественной богословской наукой в синодальный период истории Русской Православной Церкви. В греческом же богословии до сегодня в обоих значениях употребляется только слово haeresis.

[4] Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1990. С. 708

[5] Вопреки своему названию, не имеющая никакого отношения ни к науке, ни к христианству.

[6] Иной раз этот аргумент приводят сами тоталитарные секты. Ответить им можно так: -Вот когда, через сто или двести лет (если, конечно, вы проживете такой срок), вы изменитесь, тогда и продолжим этот разговор".

[7] Остается под вопросом, можно ли. обвинять в ереси людей, по рождению принадлежащих, скажем, к культурообраэующей традиционной церкви Ирландии (Римо-католической) или к традиционной церкви Дании (Лютеранской), не знающих ничего другого и стремящихся с тем. что им дано, быть добрыми христианами. Ведь еретик — это человек, пребывавший в истине и, тем не менее, сознательно делающий ложный выбор, либо, по крайней мере, узнавший об истине и противостоящий ей,.. В равной степени несомненно пребывание в ереси какого-нибудь иезуитского патера, активно занимающегося прозелитизмом в нашей стране и сознательно отрывающего людей от Церкви Христовой.

[8] Здесь и далее, кроме особо оговоренных случаев, слова “кришнаиты” “кришнаизм” означают членов “Международного общества сознания Кришны и его учение.

[9] Новые религиозные организации России деструктивного и оккультного характера: Справочник. Белгород. 1997.

[10] Например, согласно справочнику, число адептов тоталитарных сект в России составляет от 3 до 5 миллионов. Если отнестись к этой цифре серьезно, это значило бы. что каждый тридцатый человек в нашей стране, включая новорожденных, — сектант. Впрочем, некоторые сотрудники Миссионерского отдела по-прежнему уверены в правильности этой неизвестно откуда взятой статистики. Так, по сообщению газеты “Радонеж” (2001. N511-12. С. 15). на прошедшем летом 2001г. “круглом столе по проблемам деструктивных культов в Москве” священник Олег Стеняев заявил, что в России имеется около 5 млн жертв сектантства, в том числе в Москве — 1 млн. Тогда каждый десятый москвич, включая младенцев. — член деструктивного культа.

[11] Например, автор рассказывает о нынешней (четвертой по счету) супруге основателя секты “Церковь объединения” Муна. како двух женщинах Хан Джа Хак Мун и Хан Хак Я Мун. с которыми у Муна были две последовательные свадьбы одна за другой в том же самом 1960 году (с. 346-347).

[12] Например, рассказ о страшной и ужасно законспирированной секте сатанисток-лесбиянок “Крысятниц” (с. 103).

[13] Айлин Баркер вынуждена была признать это в ходе допроса на судебном процессе “Якунин и секты против Дворкина и Отдела религиозного образований и катехизации РПЦ”, где она выступала свидетелем-экспертом на стороне сект. Ряд документов, характеризующих ее деятельность, опубликован в сборнике -Секты против Церкви (Процесс Дворкина)-. М., 2000, С. 330-339.

[14] Ведущий в Англии специалист по сайентологии Джон Атак рассказывал мне, что после выхода первого издания книги он направил Айлин Баркер письмо, где только лишь перечень грубых фактических ошибок, допущенных автором книги, занял несколько страниц. Как ответила ему Айлин Баркер, она весьма сожалеет, что не видела этих замечаний до выхода книги, иначе она бы их учла. Тем не менее ни одно из замечаний Атака не было учтено во втором издании “Новых религиозных движений”.

[15] Зачастую к этому приему прибегают и различные евангелические деноминации, то есть секты. по большинству признаков не подпадающие под определение деструктивных.

[16] См. главу 21 о движении “Нью-зйдж”.

[17] Индийская богиня смерти, живущая в местах сожжения трупов и требующая кровавых жертвоприношений.

[18] Цит. по: Ткачева Л. А. “Новые религииВостока. М.. 1991. С. 82.

[19] Цит. по: Серафим Роуз. Православие и религия будущего. М., 1991. С. 39.

[20] Парадоксальным образов в них религия заменена верой, и именно здесь выявляется расхождение этих понятий, обычно отождествляемых.

[21] Об адвентизме см. с. 167. 



Поддержите нас!   Рейтинг@Mail.ru  Orphus


На правах рекламы: